Рассмотрим вначале чисто «техническую» сторону повышения статуса Украинской православной церкви. Для строгого соблюдения «канонической чистоты» этого процесса необходимо два условия. Первое, естественно — согласие на это «доброго дяденьки»-«дарителя» – в данном случае, Константинопольского патриарха. Дальше этот акт должен быть признан и другими Поместными церквами, как минимум – несколькими, в идеале – всеми. А второе – такое же согласие на сии изменения от прежней «материнской» Церкви – в данном случае, Московской патриархии.

Условиям этим почти 2 тысячи лет. И вызваны к жизни они были жестокой необходимостью. Дело в том, что без закрепления такого церковного «крепостного права» переходы и отдельных клириков, и целых церковных провинций под «омофор» «хороших» патриархов от патриархов «плохих» приобрели бы массовый характер. А с учетом того, что те или иные иерархи не вечны, а их преемники могли и не обладать их «хорошими» качествами – вышеозначенные административные «шатания» могли бы привести только к полной анархии.

С другой стороны, выполнение обоих этих условий в истории Церкви – случай почти небывалый. Уж кому-кому, а Константинопольской патриархии это хорошо известно. Целых 70 лет она упорно проклинала получившую независимость от Москвы Болгарскую православную церковь, после освобождения страны от османского ига. Даже богословское обоснование было найдено – «ересь филетизма» — то бишь превозношения национальных ценностей над общехристианскими. Хотя называть это «ересью» в отношении к православным церквам – все равно что именовать «болезнью» наличие у человека двух рук и двух ног. Право, если католическое духовенство еще умудряется сохранять какую-то самостоятельность перед властями своей страны (в силу своего рукоположения в Риме), то подчиненность государству и его идеологии (все тот же «цезарепапизм») является спутником любой православной церкви со времен Константина Великого. Если, конечно, лидеры страны тоже числят себя ее «верными чадами».

Посему вопрос изменения юрисдикции той или иной церковной структуры обычно решается по принципу «кто смел – тот и сьел». А потом специалисты по каноническому праву противоборствующих сторон с упорством заправских юристов-крючкотворов доказывают правоту своей позиции – приводя менее значимые (и часто противоречащие друг другу) пункты постановлений церковных Соборов.

Реально же проблема решается (или не решается) признанием или непризнанием свершившегося факта мировой православной общиной. Посему нет ничего формально невозможного и в принятии под «омофор» Константинополя украинских православных приходов и даже в даровании УПЦ полной автокефалии.

Идет война церковная, священная война.

Однако все вышесказанное не означает того, что Москва будет спокойно смотреть на то, как из-под ее влияния «уводят» громадный кусок «канонической территории» с десятками миллионов верующих. Так что слова представителей Отдела внешних церковных сношений (ОВЦС) Московской патриархии о возможности «самого серьезного кризиса в православии» не являются лишь пустой риторикой.

Конечно, с «нарушителями спокойствия» из Константинополя и потенциальными «украинскими раскольниками» МП не удастся «разобраться» столь же эффективно, как, скажем, с мятежным епископом Чукотки Диомидом. Для разгона демонстрации его сторонников у резиденции Патриарха даже не потребовалось просить помощи у ОМОНа. Справились силами заранее организованных крепких и фанатичных ребят из молодежного пропутинского объединения «Наши». «Путинмольцы» доказали своему «патрону», что с честью могут справиться с любой задачей подручными средствами – против «диомидовцев» с успехом были использованы древки от «хоругвей» (церковных «знамен» с иконами).

С другой стороны, и в предусмотренных канонами методах противодействия Москва сильно ограничена. К примеру, на патриарха Варфоломея можно было бы подать жалобу Вселенскому Собору, имеющему высший авторитет в Православии. С перспективой даже низложения «нарушителя спокойствия» — если позицию МП поддержат большинство остальных Поместных Церквей. Что, кстати, вполне возможно – им тоже не очень нравится игра «добрый следователь – злой следователь». И в Болгарии, и в Греции, и в Сербии ведь тоже немало недовольных и охочих поменять юрисдикцию, чтобы подчиняться не ближайшему и требовательному местному епископу — а далекому и бессильному Стамбулу. А это, как говорится, «чревато».Так что претензии Алексия II к Варфоломею могут найти немалое сочувствие у коллег-патриархов.

Да вот незадача – последний, Седьмой Вселенский Собор созывался аж 1220 лет назад – в 787 году. Более того, среди консервативно настроенных верующих существует мнение, что Восьмой Вселенский Собор будет созван никем иным, как Антихристом, накануне Конца Света. Да и толку от такого мероприятия – если нет сильного «православного императора», железною рукой готового претворять в жизнь решения высшей церковной инстанции, ссылая, а то и казня непокорных?

Посему практически единственным законным методом воздействия на патриарха Варфоломея у Алексия II является прекращение поминания первого на Литургии. Своего рода — «квази-анафема», церковный бойкот. Теоретически призванный показать «нарушителю» всю глубину его «греха» и «отпадения от истины». Практически эта мера не решает ровно ничего. Что с того, что Москва не будет общаться с Константинополем? Зато она будет поддерживать отношения, к примеру, с Иерусалимом, а тот с «грешниками» — поскольку их таковыми не считает. Канонически этого вполне достаточно, дабы последние чувствовали себя в неразрывной связи с «мировым православием».

Посему лучше поговорим о возможных «незаконных» методах межцерковной борьбы. Так, в московских околоправославных СМИ уже появилась информация о том, что в ответ на «приватизацию» Украинской Церкви Константинополем, Москва может «принять в общение» («признать каноничность») тамошних раскольников- «старостильников». То бишь тех, кто не согласился с переходом на новый календарь и организовал альтернативную церковную администрацию. Ясно, что Варфоломей получит от такого шага ту же «головную боль», что и Алексий от Украины.

Тем более, что «симметричный ответ» в этом смысле для Константинополя затруднителен. Не потому, что в России нет влиятельных раскольнических объединений – есть почти два десятка. Только подавляющее большинство из них (как те же «диомидовцы») еще более консервативны, чем официальная церковь – и вслух клеймят Варфоломея едва ли не «еретиком-обновленцем». За тот же «новый стиль», контакты с Папой и протестантами, богословский либерализм. Разве что принять под юрисдикцию Стамбула горстку московских церковных интеллигентов-либералов – но от этого Москва даже не поморщится. Да и разогнать их с помощью все тех же «нашистов» особого труда не составит.

Впрочем, нельзя исключать и того, что спор двух патриархатов за Украину перейдет и в «горячую фазу». Политического влияния на Варфоломея Москва не имеет – официально атеистической Анкаре, союзнику США, проблемы «Третьего Рима» всегда были безразличны. Но что будет, если главный патрон РПЦ Путин вспомнит свое богатое чекисткое прошлое и мобилизует все прежние таланты и связи? Турция страна хоть и официально секулярная, но радикальных мусульман и националистов в ней хоть пруд пруди.

И если в один не очень прекрасный для Варфоломея день в Стамбуле вспыхнет волна антигреческих выступлений по образцу 1922 или 1974 годов – никто даже и не подумает искать за этим «руку Москвы». Так, местные фундаменталисты расшалились. А что Патриархию разгромили и ее сотрудников вынудили бежать из страны (как до этого остальных греков), так это ж просто совпадение. После чего на разговоры Киева о намерении получить независимость от Москвы из рук Константинопольского патриарха руководство РПЦ будет с иронией спрашивать: «Какого-какого патриарха? Ась? Не знаем о таком – «Второй Рим» пал окончательно, его патриархия почила в неравной борьбе с иноверцами, давайте опираться на существующие понятия».

Патриархи бьются – у украинцев чубы трещат.

Но, конечно же, главным «полем боя» между «Вторым и Третьим Римами» будет, как обычно, наша многострадальная Украина. Точнее, ее верующие и духовенство. Вообще, условия для получения Православной церковью большей самостоятельности выглядят более удачно, чем 15 лет назад. С одной стороны, власть отказалась от попыток «объединения православных» с помощью арматуры в руках боевиков Василия Червония – которую те использовали при «диалоге» с монахами Киево-Печерской лавры и прихожанами многих других храмов. Теперь церковно-озабоченный президент действует более интеллигентно – он еще в феврале выдал Указ, которым перевел ту же Лавру из подчинения Киеву в подчинение «государству». То есть – себе любимому. И в случае упорствования митрополита Владимира (Сабодана) своим объединительным планам, запросто может лишить его и «прописки», и резиденции, и кафедрального собора.

С другой стороны, и сама верхушка канонической УПЦ (МП) постепенно отмежевывается от деятельности своих самых радикальных прихожан. Так, ее Синод еще в декабре осудил политику, проводимую «Союзом православных граждан» Кирилла Фролова – одной из самых радикальных пророссийско-черносотенных организаций. И, вообще, отчего выходцу их Западной Украины митрополиту Владимиру (и многим другим опытным иерархам, уроженцам того же региона) так уж сильно сопротивляться получению большей самостоятельности от Москвы? Об иерархах церквей неканонических и говорить нечего – они всегда были «за» такой шаг.

Однако у образования Единой Поместной Церкви есть как минимум один непреодолимый противник – конечно же, с верными соратниками сходных убеждений. Это … сам президент Ющенко! Ну не получается у нашего «фундатора единой украинской нации» объединить не эту самую мифическую «единую нацию» – а реальный народ Украины. Ну, право, многие верующие УПЦ (МП) еще могли бы смириться и с прекращением пророссийской ориентации своей церкви, и даже с дежурными «аллиуйа» в адрес «власть предержащих», пусть и оранжевого цвета. Только ж следующим шагом, который «гарант» потребует у руководства гипотетической «Единой Поместной Церкви» – это превратить ее в филиал общества «Просвита». То есть ввести украинский язык богослужения, проповеди насчет ценности «украинской идеи» и т.д.

Нет сомнения, что такие шаги будут, мягко говоря, без энтузиазма восприняты верующими Юго-Востока Украины. А ведь законодательство нашей страны в религиозной сфере – одно из самых демократичных в мире. В том числе и в пункте, согласно которому владельцами отдельных храмов являются не те или иные Церкви в лице их высшего священноначалия – а общины рядовых верующих. Те самые «двадцатки» из действительно верующих бабушек во главе с церковным старостой. Даже священник в такой системе – не более, чем «наемный работник», которого при необходимости можно и сменить. А про епископа или даже митрополита и говорить нечего.

«Давить» на таких верующих – напрасный труд. Это ж не члены госадминистраций, которым за последние 5 лет «выламывали руки» на предмет поочередного вступления в СДПУ (о) Медведчука, «Нашу Украину», а теперь еще и в «Единый Центр» Балоги. Что с них возьмешь – они ж люди подневольные. А пенсионеров можно разве что пенсии лишить – но это не рисковали делать и самые рьяные «воинствующие безбожники» во времена СССР.

Так что если в Киеве состоится «объединительный съезд» под патронатом патриарха Варфоломея с участием даже и УПЦ Московского патриархата – очень много шансов, что его решения не будут восприняты в вышеуказанных местах. И Украина кроме «Единой» Поместной Церкви получит еще и чисто российскую «Церковь Юго-Востока Украины». Или – Новороссии. Что-что, а такие приходы вместе с недовольными священниками и епископами Москва примет в свое прямое подчинение с удовольствием. А чего, правда: «Константинополю можно – а нам нельзя?!»

Тем самым, будут окончательно сняты все прежние ограничения на действительно «российское» православие в нашей стране. Право, не стоит путать пропагандистские «штампы» о «Русской Церкви в Украине» всего лишь с преимущественной поддержкой УПЦ (МП) Партии регионов, на повестке дня которой присоединение к России не стоит. А в результате гипотетического «раскола после объединения» идеология «святой Руси» и «братских народов России, Украины и Белоруссии» станет уже официальной доктриной «Юго-Восточной» Церкви. И до претворения ее в жизнь (пусть даже и в половине страны) останется всего один шаг. Тем более легкий  — чем более радикально Ющенко со товарищи будет продолжать свою головотяпскую «национально-объединительную» политику.

Понимают ли вероятность такого сценария главные действующие лица «церковного объединения», грозящего еще большим опаснейшим разъединением? Ну, с Виктора Андреевича взятки гладки: ожидать от него взвешенности в национально-государственной и церковной политике – все равно, что требовать умеренности от дорвавшегося до сытного обеда голодного ленинградского «блокадника». Вот глава Киевского Патриархата Филарет понимает все отлично – он и ранее был не против существования в Украине «русских приходов», лишь бы самому получить канонический статус и государственный фавор.

Патриарх Варфоломей? Сложный вопрос. К тому же, ему в Украине жить не придется – а приобрести в свою юрисдикцию хотя бы половину ее православных верующих очень заманчиво.

Глава УПЦ (МП) Владимир? Что требовать от старого больного человека, измученного назойливым и топорным вмешательством государства и внешних церковных лидеров в тонкие религиозные материи. Тем более, что всем им затмил глаза блеск возрожденного могущества то ли «Второго», то ли «Четвертого» Рима. А то, что вместо блеска и величия в итоге могут получиться лишь величественные «развалины», в расчет, как обычно, не принимается…

Обозреватель