Главная » 8 »
Просмотров 50   КомментариевКомментарии

Медведев разоблачил пропагандистские мифы о России

Дмитрий Медведев продолжил дело Путина, впервые в истории СНГ проведя успешную войну против бывшей союзной республики. А смерть патриарха Алексия Второго открыла возможность для ликвидации РПЦ как «общесоюзной» церкви и сокращения ее каноничес

Первый раз мне пришлось писать о выступлениях Дмитрия Медведева как о симптомах неминуемой фашизации путинского режима 3 сентября.

Тогда мою публицистическую музу вдохновило следущее выступление «гаранта»: „В ночь на 8 августа 2008 года в Тбилиси сделали свой выбор. Саакашвили избрал геноцид для решения своих политических задач. Этим он собственноручно перечеркнул все надежды на мирное существование осетин, абхазов и грузин в одном государстве“ (26 августа, подписывая указ о признании Ю.Осетии и Абхазии).

Я счел этот тезис признаком признания нации как целокупного носителя определенных этических свойств, в даном случае — невозможность мирного существования одного этноса с другими. Это означает приверженность идеологии правого радикализма (иначе „консервативная революция“)  — последнего этапа эволюции по направлению к фашизации.

К сожалению, жизнь добавила мне новый аргумент. Выступая 2 февраля в Кремле, на чествовании нового руководителя РПЦ, точнее, на „приёме от имени Президента России в честь архиереев — участников Поместного собора Русской православной церкви“, гарант конституционных прав и свобод светского многонационального демократического государства, сказал дословно следующее: „В основе всех наших достижений и побед, представлений об уверенном развитии государства в будущем лежит нравственная сила российской нации, вера в идеалы добра, любви и справедливости. Источником этой силы на протяжении многих веков является Русская православная церковь. Без всякого сомнения, так будет и впредь“. Причем, эти слова были выделены на президентском сайте как главные. Таким образом, разоблачил целый ряд пропагандистских мифов.

Первый „миф“. Что к российской нации может относиться кто-то, кто не принадлежит к РПЦ, точнее, кто не черпает из нее „нравственной силы“ (инородцы, иноверцы, инославные, атеисты — прости, Станислав Маркелов — могут не беспокоятся.).

Второй „миф“. Что у российской нации может быть иной источник нравственной силы, нежели РПЦ.

Третий „миф“. Что была такая общность — советский народ. Была многовековая российская нация (черпающая у РПЦ). К ней временно присоединили другие нации (не черпающие именно у РПЦ нравственную силу). Затем, эти нации отпали. Кстати, заодно, третий президент России дал ответ на вопрос о причинах „крупнейшей геополитической катастрофы ХХ века“ (в версии второго президента России  — это распад СССР). Есть российская нация, одерживающая победы и достижения на основе православной нравственной силы, и есть другие нации, побед, не одерживающие, за отсутствием у них РПЦ, т.е. источника нравственной силы.

От редакции: Вопросы, поднятые Евгением Ихловым, к сожалению, наверно относятся не только и исключительно к последнему правлению, но и ко всем предыдущим, включая в себя и эпоху Бориса Ельцина, не говоря уже о времени Владимира Путина, которое, между прочим, с наступлением правления Дмитрия Медведева отнюдь не истекло.

Эпоха Ельцина началась как отрицание общесоюзного начала в пользу Российской Федерации — т.е. еще федерации, но уже исключительно российской. Правда, в РФ эта нацизация маскировалась более-менее интернациональной риторикой, тогда как поголовно все „демократии“ на постсоветском пространстве, от более-менее европейских в Прибалтике до совсем уж неевропейских в Центральной Азии, создавались как сугубо национальные и националистические — всем остальным предлагались „чемодан-вокзал-Россия“. На финал ни одно неевропейское постсоветское государство не приблизилось к демократическим стандартам, принятым в странах, где слово „демократический“ пишется без кавычек. Но и вполне европеоидные прибалтийские республики не обошлись без апартеида и политических репрессий. Но к концу эпохи Ельцина откровенно неполиткорректные формулы вроде „чурок“, „черножопых“, „хохлов“ и пр. прочно вошли и в жизнь Росфедерации.

Владимир Путин пришел как сильный лидер и де-факто упразднил федерацию. Даже „президенты“ субьектов „федерации“ теперь назначаются в Кремле. Все 8 лет правления Путина шла война на Кавказе, в ходе которой российское общество окончательно отучилось от толерантности, а заодно окуклилось в собственных границах, больше не претендуя ни на что. Можно сказать, что Путин похоронил Советский союз в душах российскоподданных. Единственной объединяющей постсоветское пространство структурой оставалась Русская православная церковь.

Дмитрий Медведев продолжил дело Путина, впервые в истории СНГ проведя успешную войну против бывшей союзной республики. А смерть патриарха Алексия Второго открыла возможность для ликвидации РПЦ как „общесоюзной“ церкви и сокращения ее канонической территории до пределов границ РФ. У РПЦ был шанс избрать патриархом митрополита Киевского Владимира (Сабодана) и тем самым сохранить полицентричность, надгосударственность русской церкви, но от соблазна уйти не удалось, и патриархом стал вполне „кремлевский старец“ Кирилл. На интронизации не присутствовал ни один президент, кроме российского.

Отсюда все выводы, сделанные Евгением Ихловым, становятся просто неизбежными — если РПЦ чисто РФ-овская церковь, то не принадлежащие к „государственной“ конфессии автоматически если не поражаются в правах, то становятся не вполне благонадежными. У РФ вообще проблема с источниками нравственной силы, отсюда и такой как РПЦ — за счастье. А советский народ объявляется просто „ошибкой истории“, временным помешательством исконно православного народа-богоносца и царелюбца.

В силу чего обвинение нынешнего режима в фашистских тенденциях есть незаслуженная им лесть — до фашизма нужно сначала построить минимально буржуазное государство. Мы наблюдаем чистой воды неофеодализм, с такой архаичной формой власти как принципат. И все „фашистские“ черты этого режима — суть чистая архаика, феодальные порядки в эпоху компьютеров и оружия масового поражения. Отсюда еще допетровское деление на православных и инославных, русских и инородцев, наших и ненаших.

Это ничего, такими темпами к следующему правлению мы с Евгением Ихловым, если доживем, заспорим уже о преимуществах свободнорожденных перед вольноотпущенниками, а также должен ли православный император быть главой церкви или только ее отцом и благодетелем.

Loading...

blog comments powered by Disqus